Ава не могла смириться с исчезновением мужа после засекреченного военного эксперимента и согласилась работать в отряде по поиску тел, где каждый день был заполнен однообразными и тяжёлыми находками. Члены команды двигались по местам, где прошло столкновение техники и людей, обыскивали заброшенные строения и оплавленные рвы, принося домой мешки с чужими жизнями, уложенными в мешки для транспортировки. Она искала больше, чем останки — она искала лицо, которое когда‑то было её опорой, и любую зацепку, способную объяснить молчание военных. Вначале всё было так, как привыкли видеть: неподвижные тела, ночная стужа, запах меди и бензина, тишина, которую нарушали только шаги отряда и отдалённые взрывы прошлых событий.
Но постепенно во мёртвом ряду стали происходить странные вещи: пальцы едва заметно сокращались, грудные клетки делали редкие вдохи, а глаза, залитые песком и кровью, мигали, как будто пытаясь распознать мир. Эти знаки жизни возникали не у всех, но присутствие даже одного "оживающего" тела меняло ритм работы и понятие о границах между мёртвым и живым. Ава смотрела на такие появления с растущим ужасом и надеждой одновременно — надеждой, что среди тех, кого собрали, окажется он. Её охватывала дилемма: сообщить командованию и подвергнуть людей контролю и допросам или попытаться понять феномен втайне, прежде чем экспериментальная правда снова поглотит следы. Ветер носил запах разложенных тканей и полыни, и в этом запахе она пыталась услышать шёпот, который вел бы к ответу.